Бокль Генри Томас. История цивилизации. Часть 2

[Эта работа публиковалась в России в конце 19 века. После оцифровки и устранения ятей, еров и фит, я еще чуть-чуть подрихтовал текст, оставив специфическую для того времени форму языка. Надеюсь, это не только не помешает чтению, но и добавит к нему немного архаичного колорита. - МИБ.]

Глава II.

Влияние физических законов на организацию общества и характер отдельных лиц

Но есть еще один предмет одинаковой, а может быть и большей важ­ности. По производстве богатства возникает вопрос о том , как оно должно быть распределено, т. е. какая часть должна перейти к высшим , а какая к низшим классам. При развитом состоянии общества это зависит от различных обстоятельств, весьма сложных, которых здесь нет необходимости разсматривать; на первых же ступенях общежития и прежде, чем начнутся его позднейшия утонченныя запутанности, можно, мне кажется, доказать, что распределение богатства так же, как и его производство подчиняются исключительно физическим законам, и что при том сила действия этих законов так велика, что они постоянно удерживали огромное большинство жителей самой лучшей части земного шара в состояний всегдашней, безвыходной бедности. Если можно доказать это, то огромная важность таких законов очевидна. Так как богатство есть несомненный источник силы, то ясно, что, при равенстве других условий, изследование распределения богатства есть изследование распределения силы, а при таком значении этого изследования оно должно пролить значительный свет на происхождение тех общественных и политических неравенств, из действия и противодействия которых слагается значительная часть истории всякой цивилизованной страны.

Бросив общий взгляд на этот предмет, мы можем сказать, что с того времени, как начинается наконец настоящее производство и накопление богатства, это последнее распределяется между двумя классами, — между трудящимися и нетрудящимися, из коих последние, в совокупности взятые, способнее, а первые многочисленнее. Запас, на счет котораго содержатся оба класса, непосредственно производится низшим классом, физическия силы котораго направляет, совокупляет и как бы сберегает большее уменье высшаго класса. Вознаграждение работников называется их задельной платой, а вознаграждение предпринимателей — их прибылью. В позднейшее время возникает класс, который можно назвать сберегающим; это класс людей, которые, не будучи ни предпринимателями, ни работниками, ссужают своими сбережениями предпринимателей и в возмездие за такую ссуду получают часть вознаграждения, достающагося предпринимающему классу. В этом случае члены сберегающаго класса вознаграждаются за воздержание от растраты своих сбережений, и вознаграждение это называется процентом на их деньги; таким образом являются три подразделения богатства: процент, прибыль и задельная плата. Но это уже последующий порядок вещей, который может до известной степени иметь место только тогда, когда богатство уже значительно накопилось; при том же состоянии общества, которое мы теперь разсматриваем, едва ли можно допустить самостоятельное существование этого третьяго или сберегающаго класса. Итак, для настоящей цели нашей достаточно привести в известность, каким законам следует пропорция, в которой богатство, тотчас по накоплении его, распределяется между двумя классами, т, е. между работниками и лицами, дающими работу.

Теперь очевидно, что если задельная плата есть цена, платимая за труд, то и размер задельной платы должен, подобно цене на все другия потребности, изменяться сообразно с переменами на рынке. Если предложение работников превышает требование, то задельная плата падает; если же требование превышает предложение, то она возвышается. Поэтому, если предположить, что в какойнибудь стране данный итог богатства должен быть распределен между дающими работу и работниками, то всякое увеличение числа работников поведет к уменьшению средняго вознаграждения, могущаго достаться на долю каждаго из них. Если мы оставим в стороне те противодействующия причины, которыя препятствуют верности всякаго общаго вывода, то окажется в заключение всего, что вопрос о задельной плате сводится к вопросу о народонаселении; ибо, несмотря на то, что общая сумма задельной платы, действительно производимой, зависит от обширности фонда, из котораго она производится, — размер платы, получаемой каждым человеком, должен уменьшаться с увеличением числа лиц, имеющих на нее притязание, разве что, благодаря какимнибудь другим обстоятельствам, самый фонд будет увеличиваться на столько, чтобы выдержать и самые большие спросы.

Знать обстоятельства, наиболее благоприятствующия увеличению того, что можно назвать фондом задельной платы, есть дело большой важности; но не этот предмет занимает нас непосредственно. Разсматриваемый нами в настоящую минуту вопрос относится не до накопления богатства, а до распределения его; цель наша— привести в известность, какия физическия условия, благоприятствуя быстрому увеличению народонаселения, ведут к излишку в предложении на рынках труда и тем удерживают средний размер задельной платы на слишком низком уровне.

Из всех физических деятелей, имеющих влияние на приращение рабочаго населения, самый деятельный и самый общий есть пища. Если две страны, равныя во всех других отношениях, различаются только в том, что в одной пища народа дешева и находится в изобилии, а в другой ея немного и она дорога, то народонаселение первой должно неизбежно увеличиваться быстрее, чем народонаселение второй, предполагая конечно в обеих странах одинаковое мерило для удобств жизни. Продолжая наше разсуждение, мы приходим далее к тому выводу, что средний размер задельной платы будет в первой ниже, чем во второй, единственно потому, что в ней рынок труда будет более полон. Поэтому изследование физических законов, от которых зависит род пищи, употребляемой в различных странах, имеет особенную важность для настоящей цели нашей и, по счастью, это такого рода изследование, в котором, при настоящем состоянии химии и физиологии, мы можем придти к некоторым определительным, точным выводам .

Потребляемая человеком пища производит два, и только два, действия, необходимыя для его существования. Вопервых, она снабжает его той животной теплотой, без которой остановились бы жизненныя отправления, а вовторых, восполняет постоянно происходящую убыль в тканях, т. е. в механизме его тела. Для каждой из этих двух целей служит особая пища. Температура нашего тела поддерживается веществами, которыя не заключают в себе азота и называются безазотными; безпрестанная же убыль в нашем организме восполняется веществами, известными под именем азотистых, всегда содержащими азот. В первом случае углерод безазотной пищи, соединяясь с принимаемым нами кислородом, производит то внутреннее сгарание, от котораго возобновляется наша животная теплота. В втором же случае азотная или азотистая пища, будучи вследствие малаго сродства азота с кислородом как бы предохранена от сгарания, сохраняется и имеет таким образом возможность выполнять свое назначение, т.е. возстановлять ткани и восполнять потери, которым постоянно подвергается человеческий организм в ежедневной жизни.

Вот два главные разряда пищи, и если мы изследуем законы, которыми определяется их отношение к человеку, то найдем, что в обоих разрядах главнейшим деятелем является климат . Когда люди живут в жаркой стране, то их животная теплота поддерживается легче, чем поддерживалась бы в холодной стране; поэтому они менее требуют безазотной пищи, единственное назначение которой — поддерживать до известной степени температуру тела. Равным образом в жаркой стране люди менее требуют азотистой пищи, ибо вообще их тело реже подвергается напряжениям, и потому убыль в нем тканей происходит медленнее.

Итак, жители жарких стран, в естественном, нормальном состоянии своем потребляют менее пищи, чем жители стран холодных, а из этого неизбежно следует, что при равенстве других условий приращение народонаселения будет быстрее в жарких странах, чем в холодных. Для целей практических совершенно безразлично, отчего происходит большая обезпеченность в снабжении народа веществом, употребляемым им в пищу, т. е. от большаго ли производства, или же от меньшаго потребления. Когда люди едят менее, то результат бывает решительно тот же, как если бы у них было больше пищи; в этом случае того же количества хватает на большее время. Вот почему в теплом климате народонаселение имеет больше данных для быстраго размножения, чем в холодном, где если б образовался и не менее обильный запас пищи, то во всяком случае он вскоре бы истощился.

Вот первая точка зрения, с которой законы климата представляются связанными посредством пищи с законами народонаселения, а следовательно и с законами распределения богатства. Но есть и другая точка зрения в том же направлении мыслей, с которой также оказывается справедливым сделанный выше вывод. А именно, в холодных странах люди не только должны есть более, чем в жарких, но и самая пища их стоит дороже, т. е. добывание ея требует большей затраты труда. Причины этого я изложу как можно кратче, не выходя за пределы тех подробностей, которыя крайне необходимы для вернаго понимания этого интереснаго предмета.

Пища имеет, как мы видели, только два назначения, а именно: поддерживать теплоту тела и пополнять убыль его тканей. Первая из этих двух целей достигается тем, что кислород воздуха, проникая в наши легкия и распространяясь по нашему организму, соединяется с углеродом, который мы принимаем в нашей пище. Это соединение кислорода с углеродом никогда не может произойти без отделения значительнаго количества теплоты, и этимто процессом и поддерживается в человеческом теле необходимая для него температура. В силу закона, хорошо известнаго химикам, углерод и кислород, как и все другие элементы, соединяются только в известных, определенных пропорциях, так что для удержания здороваго равновесия необходимо, чтобы пища, содержащая углерод, видоизменялась сообразно с количеством принимаемаго нами кислорода; в то же время одинаково необходимо, чтобы мы увеличивали приемы как углерода, так и кислорода, всякий раз, как усилившийся внешний холод понизит температуру нашего тела. Теперь очевидно, что в особенно холодном климате эта необходимость в пище с большим содержанием углерода представляется с двух различных сторон. Вопервых, вследствие большей густоты воздуха люди вбирают в себя с каждым дыханием больший об ем кислорода, чем вдыхали бы в таком климате, в котором воздух разрежается от теплоты. Вовторых, холод ускоряет их дыхание и, вынуждая их таким образом дышать чаще, чем дышут жители жарких стран, тоже увеличивает среднее количество вдыхаемаго ими кислорода. По обеим этим причинам увеличивается потребление кислорода, а следовательно требуется также большее потребление углерода, ибо только соединением этих двух элементов в известной, определенной пропорции поддерживается температура тела и равновесие человеческаго организма.

<…> Исходя от этих химических и физических начал, мы приходим к тому заключению, что чем холоднее страна, в которой живет народ, тем больше углерода должна содержать его пища. Этот чисто научный вывод подтвердился и на опыте. Жители полярных стран потребляют в больших количествах китовый жир и китовое сало, между тем как между тропиками от подобной пищи вскоре последовала бы смерть, и потому там обыкновенная пища состоит почти исключительно из плодов, риса и других растительных веществ. Затем приведено в известность, посредством тщательнаго анализа, что в полярной пище содержится в излишке углерод, а в тропической — кислород . Не входя в подробности, которыя большинству читателей показались бы скучными, можно сказать вообще, что масла содержат почти в шестеро более углерода, чем плоды, и что в них очень мало кислорода, между тем как крахмал, самая общая и в отношении к питанию самая важная составная часть в царстве растительном, состоит почти на половину из кислорода.

Связь между этими обстоятельствами и предметом, занимающим нас в настоящую минуту, в высшей степени любопытна: ибо весьма замечательный факт — факт, на который желательно, чтобы обратили особенное внимание, —составляет то, что в силу какихто общих законов, нам неизвестных, пища, отличающаяся большим содержанием углерода, стоит дороже пищи, содержащей его в сравнительно малом количестве. Плоды земли, в которых самым деятельным началом является кислород, находятся в большом изобилии; приобретение их не сопряжено с опасностью и почти не требует труда. Напротив, пища с большим содержанием углерода, которая в холодном климате безусловно необходима для поддержания жизни, не производится так легко и не является сама собою. Она не выходит, подобно растениям, из земли, а составляется из жира, сала и масла, получаемых от сильных, диких животных. Один кит дает сто двадцать бочек жира. Чтобы добыть ее, человек должен подвергаться большим опасностям и переносить большие труды. Тут конечно противопоставлены крайние случаи, но тем не менее очевидно, что чем более приближается какой-нибудь народ к той или другой из крайностей, тем более становится он в зависимость от обстоятельств, обусловливающих эти крайности. И можно очевидно принять за общее правило, что чем холоднее страна, тем более должна содержать углерода употребляемая в ней пища, а чем теплее, тем более — кислорода. В то же время пища, содержащая углерод, извлекаемая главнейшим образом из мира животнаго, достается труднее, чем пища, содержащая кислород и получаемая из мира растительнаго. Вот почему у жителей тех стран, где холодный климат делает необходимым употребление пищи с значительным содержанием углерода, развивался большей частью даже в младенчестве общества более смелый и предприимчивый характер, чем у тех народов, обыкновенная пища которых, отличаясь преобладанием кислорода, добывается легко и, можно сказать, достается от щедрот природы даром, без всякаго труда. Это коренное различие имеет и многия другия последствия, которых однако мне здесь нет нужды перечислять, так как моя настоящая цель—только указать, какое влияние имеет это различие пищи на пропорцию, в которой распределяется богатство между различными классами общества.

Share this post for your friends:
Friend me:

Оставить комментарий

Ваш email не будет опубликован. Обязательные поля отмечены *

Вы можете использовать это HTMLтеги и атрибуты: <a href="" title=""> <abbr title=""> <acronym title=""> <b> <blockquote cite=""> <cite> <code> <del datetime=""> <em> <i> <q cite=""> <strike> <strong>